Вот те раз! Далась им эта зеленка! Матерые преступники, убийцы – а боятся таких пустяков. Ну, добро бы еще йод – он хоть щиплет…
Читатель, разумеется, давно уже понял, что смертники и остальной арестантский люд испытывают ужас не перед безобидными каплями Зеленина. Причина кроется в другом. Чтобы понять смысл выражения «смазать лоб зеленкой», обратимся к мемуарам нынешнего министра труда Израиля, а в недалеком прошлом – советского политзэка Натана Щаранского:
– Ведь смажут лоб зеленкой!..
– Что это значит?
– Ну, расстреляют.
– А зачем зеленкой?
– Чтоб заражения крови не было! – он громко и долго смеется, довольный, что поймал меня на старую и мрачную тюремную «покупку». («Не убоюсь зла»)
Ага, так дело в «черном юморе» «сидельцев»! Не только. Юмор юмором, но он был рожден суровой действительностью ГУЛАГа. В сталинских лагерях, помимо требования вешать умершему зэку на ногу бирку с именем и фамилией, существовал обычай писать зеленкой арестантский номер покойника у него на бедре. Вот что пишет ростовский писатель Гавриил Колесников в книге колымских воспоминаний «Лихолетье»:
Солдат настежь раскрыл ворота. В сарае штабелем лежали мерзлые трупы. Все они были почти одинаковы: худые, костлявые, почти без ягодиц. Вспоротые животы их были небрежно зашнурованы обрывками грязных бинтов. На бедре зеленкой намалеван номер. К ноге привязана бирка. Черные вывороченные ладони – у трупов брали отпечатки пальцев.
Первоначально поэтому в арестантской среде возникло выражение «зеленкой ногу намазать», так же, как и другое – «на ногу бирку надеть» – просто отразившее в языке обыденную лагерную процедуру похорон. Оба эти оборота означали, что арестант умер своей смертью. И лишь позже гулаговские остряки-самоучки додумались до того, чтобы зеленкой смазывать лоб – для «дезинфекции»…